Сказка, окончание.

Прошел примерно год. Махмуд султана на ноги поставил: спицей своей где-то прижег, массажики поделал, руками поводил, короче, вылечил всего. Ну а во время процедур беседовал с ним, естественно, на разные темы, рассказывал, что ему Старые да Гинеи поведали - много интересного и полезного. Да и беседа, она, как известно - лечит. Так что выздоровел Сагиб и телом и душой. Понятно, что Махмуда к себе приблизил, придворным лекарем назначил. А что же наш братец? Заматерел, отъелся - отмылся, побрился-приоделся, красивым оказался, чувственным, умным, а уж как пел-то - плакали все, но про это я говорил уже. Красавец-мужчина в самом расцвете лет, короче. Ну, если бы не одно «но» - но, так про это же ни кто не знал…

И чей такой хороший мальчик? Так ведь не бывает, что бы ничей - это подозрительно сразу становится - женщины то вокруг него, как пчелы вокруг меда кружат. А он ни на кого глаз не кладет, лишние подозрения Петру добавляет - тот аж извелся весь: раньше они с Сагибом вечера проводили в гульбе и гусарстве, а теперь шеф с этим хреном с горы долгими летними вечерами (когда над островом злые ветра дуют) в шахматы, видишь ли, играет да беседует. И, главное, не подловить его не на чем! Слежку круглосуточную организовал, да все без толку - истинный сакотриец, связей, порочащих его, не имеет, отличный спортсмен… штирлиц, блин, некомплектный.

Тянулась бы эта идиллия еще не пойми сколько, да с попутным муссоном вернулась с материка султанская дочка Лэйла, ее туда на обучение отправляли уму-разуму набираться. Красавица, понятное дело. Не прошло и месяца, как втрескалась доченка в Махмуда по уши. Тоже понятно все - перед ней все мужики лебезили, да при этом смотрели, как на добычу - во первых, как на девушку красоты неземной, со всеми прилагающимися волоокостями и бровьми червонностями (больше под паранжой не видно ничего, но контуры угадываются умопомрачительные). А во вторых… ну, а во вторых, ключиком она была от папкиных сундучков. А представьте, какие у папки сундучки, если ладан идет, если оптом, то на вес золота, а если сортовой, отборный, да особо чистый, то и подороже. А еще мирра, драконова кровь, вытяжка из алое… И это все растет на острове просто по потребности - сколько надо, столько и соберут, только свисни.
Махмуда же эти темы не интересовали совсем. К богатству он равнодушен был, а смотреть на девушку, как на добычу с плотской точки зрения он не мог, просто потому, что добывалки не было. Интересовала его Лейла, как приятная собеседница, душа ее интересна была, точка зрения на прекрасное, любовался он ей исключительно с эстетической точки зрения, и за коленки не трогал. Все делал так, как девушки в романтическом возрасте мечтают. А уж когда он ей песни петь начал - не осталось у султанской дочки ни единого шанса от стрелы Амуровой увернуться.
Да и братец наш влип. Настоящая Любовь с большой буквы, вот это Родство Душ, эти все Я-твоя-Половинки и Не-могу-жить-без-тебяйки - это же все не зависит от наличия или отсутствия пиписьки - ну, по крайней мере, на конфетно-букетном этапе. Ну, и понеслось - больше пяти минут их друг без друга не видели, за исключением перерыва на сон - Петр сам лично по солнечным часам замечал. И в бессилии кусал локти - сами понимаете, какие у него на Лейлу планы были - он под скорое породнение с султаном уже кредитов набрал, а тут облом капитальный.

Безумная воронка взаимного притяжения набирала обороты, Лейле ждать надоело, она братцу и намекнула, что не прочь стать его женой, что бы и на ночь не расставаться. Махмуд, который от любви уже ничего не соображал, и не мог помыслить о том, что бы любимой соврать, или что то от нее утаить, все ей рассказал. Сначала, правда, пришлось прочитать нашей невинности лекцию о тычинках и пестиках - она же еще совсем почти девочка была, и ничего ни о чем таком не знала.
- И, понимаешь ли, Лейла, тычинка тыкается в пестик, ну и примерно так все происходит - закончил лекцию Махмуд.
- Так вот, значит, что от меня мужики хотели! Тычинкой своей в мой пестик тыкать! Жуть какая! Бррр… А у тебя, значит, тычинки нет? - уточнила девушка.
- Нет - развел руками братец.
- Покажи! - потребовала дочь султана, тоном, не терпящим возражений. Махмуд, как загипнотизированный, спустил штаны. - И правда, нет ничего! Прямо, как у меня! - Радостно воскликнула девушка, и задрала до ушей все свои юбки. Они смотрели друг на друга, и ощущали Великое Родство Душ, где нет места плотским мыслям…
Глупые.
Глупые, не глупые, а свадьбу сыграли такую, что весь остров месяц на ушах стоял - еще бы, единственная дочь султана и народный любимец, певец красоты сакотрийской. Прям, как в сказке все. Один только Петр не радовался - кредиторы, как только поняли, что не станет он султанским родственником, такие ему счета выкатили, что хоть в петлю лезь. Он уже для этого крючочек подходящий приметил, как приходит к нему старая Гюзель - она в султанском дворце уборщицей работала, отхожие места чистила, и как то задремала в шкафу со швабрами. А тут, как на зло, Махмуд зашел нужду справить, и присел для этого по-бабьи - Гюзель от такого зрелища чуть вместе со швабрами из шкафа не выпала, и потом сразу к Петру побежала - она с его матерью дружила, и через него во дворец и пристроилась.
Петруха чуть не расцеловал Гюзель от восторга - наверняка бы расцеловал, только пахло от нее не очень хорошо - и сам в ящик от швабр спрятался. И увидел все своими глазами - увидел, что нет ничего у султанского зятя. Совсем.
- Сагиб, не вели казнить, вели слово молвить! - заорал он, влетев в султанские покои
- Чего кричишь, окаянный! Голова после свадебного пира еще раскалывается, а ты орешь, как оглашенный - зашипел на него султан.
- Купила мама конэка, а конэк без ыыц, как смешна история, тытыц, тытыц, тытыц … - приплясывая от радости продекламировал Петруха и рассказал все Сагибу.

Сагиб, понятно, в шоке - только он вздохнул с облегчением, с мыслью о том, что за дочуру теперь кто-то другой отвечает, только приготовился внучков нянчить, и тут, на тебе, такой выкрутас. Не будет у нас внучиков. А еще слух пойдет, что у султана зять холостой - так позора не оберешься. А вдруг, врет Петруха от зависти - он дочку не получил, так оклеветать соперника решил? Вот ведь ситуация. Как проверить тактично? Не диспансеризацию же назначать всему персоналу? Тем более, что подозреваемый - главный медик…
- Перт, милый мой, а ты статью про дачу заведомо ложных показаний хорошо помнишь? Там какая мера пресечения?
- Мамой клянусь, шеф, своими глазами видел. И статью помню - там мера, такая же, как и в остальном твоем кодексе - высшая.
- Нет, дружочек, ошибаешься. С сего момента, султанским указом, по этой статье мера не просто высшая, а очень долгая и крайне неприятная. Зайди потом к писарям, указ оформи. А на субботу мальчишник организуй - я, зятек, ты, СБ-шник наш мутный, ну и еще кого ни будь понятыми. В моей сауне. Будем в бассейн нагишом нырять. В качестве награды за службу можешь Махмуду эту новость сообщить лично. Заодно и на реакцию посмотришь. Свободен.

Братец наш приглашение в сауну выслушал стойко, но живо смекнул, что до утра воскресенья ему не дожить с такими раскладами, несчастный случай в султанском бассейне ему ни каким образом не улыбался. Темной ночью поцеловал спящую Лэйлу, и огородами подался в горы. А что ему оставалось? Теперь только одно - всю жизнь по пещерам прятаться, да по жене своей тосковать.
Пришел в свою любимую потаенную пещеру, а там два мужика сидят, ножи точат. Странные такие - все в каких-то грязно-белых перьях. Поздоровался с ними Махмуд, у костерка присел.
- Мужики, вы кто? - спросил он
- Мы ангелы. А ты кто таков будешь?
Махмуд и рассказал им всю свою историю, от начала и до сего дня. Ангелы переглянулись, под перьями почесали. Хочешь, говорят, поможем? А что братцу оставалось? Других вариантов к любимой вернутся нету - вот он и согласился. Один из ангелов к нему подошел, рукой возле живота поводил, а потом движение такое сделал, как будто что-то достает и вытягивает. Ойкнул Махмуд, за живот схватился, а ангел смеется - на пяточке попрыгай, отпустит. Отпустило. Посмотрел - все на месте, еще краше, чем было. Чудо.
- Уважаемые, что доложен буду за такое? - спросил укомплектованный.
- Да приходи сюда через годик, и то, что этим инструментом сварганишь, с собой приноси. - Ответили ангелы - да беги, беги скорее домой, жена ждет.
Махмуд и побежал. К жене прибегает - та проснулась уже, утро ведь наступило - куда же ты пропал, любимый, спрашивает. А он берет ее под ручку, обратно к кроватке ведет, и приговаривает: Пошли, дорогая, чего покажу.
Короче, до субботы они из постели не вылезали.

А в субботу, в сауне султанской, видели бы вы Петрухино лицо, когда Махмуд полотенце сбросил, и всем присутствующим аргумент предъявил. Да и у остальных лица тоже вытянулись, если честно. Было от чего.
Умирал Петр долго и мучительно.

Ну а дальше… Дальше начался вообще сюр. Сил уже нет в красках все это рассказывать, да и не очень это все аппетитно - так что коротко. Через год маленочку, что сразу и заделался, аккурат три месяца исполнилось. Слово держать надо, вот Махмуд его с собой прихватил, и в пещеру вернулся - там ангелы его уже дожидаются.
- Принес? - спрашивают пернатые
- Принес - хмуро отвечает братец
- Ну, так готовь скорее, есть хочется.
- Как готовить??
- Как, как… на костре, как козленка. - И что им возразишь, если они ангелы?
Дело привычное. Шейку свернуть, освежевать, на кусочки покромсать и в котел бросить. Приправки, травки, корешочки - ребеночек тушеный, с овощами. На троих - вполне себе порцайка.
- Ууу… вкусно… - мычит ангел, уплетая за обе щеки. - Только ты, человек, свою долю не ешь - отнеси домой, там с женой вместе съедите. Беги, беги, пока не остыло.
Вернулся Махмуд домой, вместе с Лэйлой и отужинали. Спать легли, а утром она ему и говорит - мне сон приснился, что я нашего ребеночка по второму разу родила. Побежал Махмуд в детскую - а там ребеночек целый и невредимый в кроватке лежит, к папке ручки тянет. И улыбается.

Вот такая сказка. А рассказывал ее старик, сидя в тенечке ладанного дерева, аккурат напротив причала. Людей много слушало, а один даже записывал. Как записывал, если сакотрийцы писать ни в жизни не умели? Так это египтянин был, что за ладаном приплыл - всю сказку на папирус записал, и домой, в Египет увез. Там свиток и нашли уже в наше время, в Британский музей вывезли, там и лежит он до сих пор - папирус Арбини называется - кто не верит, погуглите. «Стасов» - это критик литературный, «Сказка о двух братьях».


Ну а мы?
Стартовали с рифа в вечер субботы, 5 апреля. Обещают пару дней почти штиля, так что мы пошли дальше. До бензоколонки - 380 миль. Расход соляры - 20-и литровая канистра на 50 миль. На борту - полный бак - сто литров, полторы канистры осталось наверху, и НЗ канистра. Хватит? Вот и я думаю, что не хватит.


Прям готовый сценарий, хоть сейчас в Голливуд. Только наволочку для денег не забудьте или даже пододеяльник :) Удачи Вам!
египетский текст
Оригинальный текст древнеегипетской сказки - http://www.bibliotekar.ru/vostok/6.htm (датировка примерно 1200 до н.э.)

На Сокотре действительно существует сказка с очень похожим сюжетом, о чем рассказано в фильме Владимира Мельника "Сокотра, Неизвестная сказка" http://www.youtube.com/watch?v=V2pe4xj-JYU
Да отличная сказка, зачитался прям!
Те, кому не нравится, могут не читать.
Что-то как-то по поводу съедения младенцев слишком ЖОСТКО. Аж передернуло всего!
А про отрезание мужского достоинства - это мягко?

Вроде бы и в нашей религии есть что-то про убийство собственного ребёнка. Во всяком случае - про готовность это сделать.

По всей видимости, в те далёкие времена - на это смотрели проще.
А вообще очень сильно смахивает на арабские сказки (та-же 1000 и 1 ночь). Та-же вечная тема секса, похотливых, подлых баб и культа мужских причиндалов...